В искусстве Владимира Янкилевского человеческое тело никогда не ограничивалось внешним контуром. Оно становилось картой внутренних сил, анатомической схемой и моделью мироздания. В ювелирном произведении «Торс» женская фигура не вполне реалистична, она собрана из условных, почти абстрактных форм, но не теряет чувственности. Напротив, несколько плавных линий и объемов делают ее особенно эротичной.
Женское начало занимало одно из центральных мест в художественной системе Янкилевского. Если мужской образ воплощал движение, импульс и стремление вовне, то женский был связан с природой, материей и сохранением энергии. В поисках универсального образа женственности художник приблизился к архаическим фигурам эпохи палеолита: подчеркнутые грудь, бедра и талия превращали тело в символ плодородия, земной силы и непрерывности жизни.
Владимир Янкилевский соединял биоморфное и механическое, нанизывая эллипсы, треугольники и прямоугольники на единую вертикальную ось. Женская фигура становилась похожей одновременно на тело, башню и энергетическую конструкцию. В украшении эта сложная пластическая система возвращается к живому человеку: ювелирный торс располагается на настоящем теле, вступая с ним в интимный диалог. Так небольшой объект превращается и в чувственный образ Евы, и в лаконичную модель целого мира.